Русское военное командование и укрепления Черноморской береговой линии.

Вскоре после высадки 4-х тысячного русского десанта под командованием генерал-майора Е.А. Берхмана в 1831 году в Геленджикской бухте и закладки укрепления, командующим войсками на Кавказской линии, в Черномории и Астрахани и начальником Кавказской области был назначен генерал-лейтенант Алексей Александрович Вельяминов.

История Геленджика в последующие годы связана с именем и деятельностью А.А. Вельяминова. Император Николай I поручил ему произвести изменения и улучшение устройства Геленджикской крепости, учитывая особо важную роль крепости, как опорного пункта русских войск и базы отряда военных крейсерских судов на Черноморском побережье. В результате этого, в апреле 1832 года изданы указы, по которым черноморским и донским казакам, а также лицам свободного состояния (купцам, мещанам, государственным крестьянам) было разрешено селиться в Геленджикской крепости и вести торговлю с освобождением от податей на 25 лет. Эти меры способствовали некоторому росту гражданского населения в Геленджике. В это время неоднократно выдвигались необоснованные предложения о переносе Геленджикской крепости на Тонкий мыс. В 1837 году, после посещения Геленджика, такая же мысль возникла у Николая I. Но генералу Вельяминову удалось убедить царя отказаться от этого намерения и крепость осталась на том же месте, где была заложена отрядом генерала Е.А. Берхмана в 1831году.

В 1833 году командующим на Кавказской линии Вельяминовым был представлен Николаю I проект покорения Кавказа. В частности в отношении Западного Кавказа предусматривалось занятие земель русскими переселенцами, соединение русских пунктов удобными и безопасными дорогами, создание непрерывной линии фортов и крепостей на черноморском побережье и усиление крейсерства вдоль побережья. Проект был одобрен императором и А.А. Вельяминову было поручено его практическое осуществление.

Алексей Александрович, учитывая особую стратегическую роль Геленджика на Черноморском побережье, прежде всего решил соединить дорогами Геленджикское укрепление с территорией Черноморского (впоследствии Кубанского) казачьего войска. До этого Геленджик был связан с внешним миром только морским путем. В результате четырех военных экспедиций к Геленджику в 1834-1837 гг., которыми руководил лично генерал Вельяминов, была создана Геленджикская кордонная линия: Ольгинское – Абинское (1834г.) – Николаевское (1836г.) укрепления – крепость Геленджик. Кордонная линия призвана была обеспечить не только дорожное сообщение, но и разъединить между собой племена адыгов, враждебно настроенных к России. В этот период были проложены стратегические дороги к Черному морю, основаны укрепление Александрийское-1836г. (Затем переименованное в Кабардинское), Новотроицкое –1837г.(современное с. Криница), Михайловское –1837г (современный п. Архипо-Осиповка). Во время этих экспедиций А.А. Вельяминов постоянно осуществлял личный контроль за усилением обороноспособности Геленджикского укрепления.

После смерти генерал-лейтенанта Вельминова (27 марта 1838г.), командующим Кавказской линии и Черномории был назначен генерал П.Х. Граббе, а разработанный ранее Николаем I перспективный военно-стратегический план освоения Черноморской береговой линии (ЧБЛ), продолжил внедрять Николай Николаевич Раевский – младший, назначенный начальником Черноморской береговой линии. Следует отметить, что Раевский –младший был близким другом А.С. Пушкина, участником событий 14 декабря 1825 года на Сенатской площади, а его сестра Мария Николаевна, жена декабриста С.Г. Волконского, последовала за мужем в Сибирь.

На «устройство нового, своеобразного края» Н.Н. Раевский направил всю свою исключительную энергию, военные и административные дарования. « Я опять повторяю,- писал Раевский военному министру А.И. Чернышову в 1840 году,- что мы еще не умеем ценить важность приобретения восточного берега Черного моря. Его протяжение обширнее берега Франции на Средиземном море… Суда найдут надежное убежище в Новороссийске, Геленджике и Сухуми. Сии пристани не уступают пристаням Франции на Средиземном море». Раевский особое внимание обращал на установление прочных экономических связей России с Кавказом, а укрепление ЧБЛ рассматривал не только как военные форпосты, но как опорные пункты для развития торговли. Он просил правительство поощрять развитие торговли на берегах Черкессии, предоставлять желающим возможность переселения, а купцам и ремесленникам предоставлять льготы. Он предлагал активнее привлекать частный капитал к установлению торговых отношений с горцами, призывал к усилению борьбы против английской и турецкой контрабандной торговли.

Генерал Раевский на своих примерах показывал как должны развиваться торговые отношения с горцами. Вот строки из его докладной записки «Обозрение восточного берега Черного моря» в Петербург, датированной апрелем 1839 года: «Для открытия сношений с горцами я привез с собой на первый случай 2 тысячи пудов соли в Геленджик… Желая показать горцам, что Высочайшее соизволение на продажу им соли есть милость Государя Императора, я приказал объявить горцам, что нам известен их недостаток в соли и дорогая цена, за которую они покупают ее у контрабандистов, что я им буду выменивать соль на их произведения, а не на деньги и вдесятеро дешевле, чем они покупали до сих пор. Но при том им объявил, что открою торг соли только в тех укреплениях, где в продолжение зимы горцы не беспокоили гарнизон… Наконец, я им объявил, что запрещу немедленно торговлю, если настоящее спокойствие гарнизонов нарушится враждебными действиями».

Меры, предложенные Раевским, были верными и в тоже время смелыми, поскольку не соответствовали общепринятой точке зрения. Эту смелость ему придавали жизненный опыт, здравый смысл, ум, склонность к созиданию, а не к разрушению. Понимая значение вверенного ему края для России, Николай Николаевич отмечал богатство его земли, недр, величие природы. Этому краю пророчествовал он мирное будущее, на это нацелены были все его действия. На первом этапе мирных взаимоотношений с горцами были положительные результаты. О мирном расположении адыгов говорил и тот факт, что все чаще они обращались к русским за медицинской помощью.

Командующий Граббе обратил особое внимание на точку зрения Раевского, но оценил ее по-своему. Все предложения Николая Николаевича еще более убедили Граббе в том, что «миролюбивая система с туземцами» не может довести до положительной цели и отдал Раевскому приказ: «непременно и немедленно прекратить во всех укреплениях мирные сношения с горцами». Раевский же сообщил, что это предписание он «не исполнил и не считает себя в праве исполнять».

Однако, осенью и зимой 1839-1840гг. разразившийся сильнейший голод от неурожая хлеба в горах, привел горцев к решению овладеть русскими прибрежными укреплениями в надежде воспользоваться хранившимися там запасами продуктов питания. Это намерение привело к небывалому до тех пор волнению среди всех племен Западного Кавказа и стало совершенно очевидным, что русские укрепления на Черноморской береговой линии неизбежно подвергнутся нападению восставших горцев. В феврале 1840 года убыхи и шапсуги объединились и предприняли нападения на некоторые укрепления.

Обстоятельства в феврале-марте 1840 года в Черномории и на Черноморской береговой линии складывались крайне неблагополучно для русских войск. Построенные на побережье крепости и форты к этому времени были наполовину разрушены и обветшали, испытывали недостаток в живой силе, военном снаряжении, продовольствии и медикаментах. Солдаты и офицеры были изнурены, почти половина солдат и офицеров гарнизонов болели лихорадкой и желтой горячкой. Комендант Геленджикского укрепления 11 марта писал в донесении, что горцы ведут постоянное наблюдение за укреплением с вершин гор, выясняют численность гарнизона, по ночам разъезжают вблизи укрепления, состояние у солдат подавленное.

Именно в это время горцы, вооруженные турками и англичанами, предприняли волну атак и за короткий срок захватили многие крепости и форты Черноморской береговой линии. В боях погибли многие солдаты и офицеры гарнизонов. Однако, в связи с отсутствием планомерности и согласованности в военных действиях, отсталостью военной тактики и вооружения горцы также понесли большие потери и в течение дальнейшего времени 1840 года вынуждены были отказаться от воинственных замыслов.

Русское военное командование воспользовавшись этим, заняли почти все ранее захваченные горцами укрепления. В докладной военному министру отмечалось, что несмотря на героизм, проявленный защитниками укреплений, причиной разгрома горцами некоторых укреплений являлось отсутствие настоящих крепостных сооружений. Тем не менее это поражение было поставлено в вину генералу Н.Н. Раевскому и вместо него начальником Черноморской береговой линии был назначен генерал-майор И.Р. Анреп.

Император Николай I приказал восстановить разрушенные укрепления (кроме Михайловского, разрушенного взрывом до основания) и снабдить их всем необходимым. Кроме этого, было произведено несколько инспекционных поездок по укреплениям с целью изучения состояния Черноморской береговой линии. По отношению же к горцам были приняты более действенные меры устрашения с применением карательных экспедиций и демонстрацией русской военной мощи.

В течение 40-х первой половины 50-х годов материальная база укреплений Черноморской береговой линии практически не улучшалась. Как свидетельствуют документы того времени, например, в Геленджикском укреплении строения были ветхими и разваливались – 25 декабря 1849 года одна из построек рухнула, «даже церковь угрожала падением» и в ней опасно было проводить службу.

В 1853 году на рапорте начальника ЧБЛ вице-адмирала Л.И. Серебрякова о крайне тяжелом состоянии укреплений и их гарнизонов, Николай I начертал следующую резолюцию: «Ничего к прежнему прибавить не могу; эти несчастные гарнизоны приговорены к гибели; помочь сему мы не в силах».

Когда в Черном море появился англо-франко-турецкий флот, положение Черноморской береговой линии стало чрезвычайно опасным: беззащитные со стороны моря, большинство укреплений были не в состоянии выдержать натиск горцев с суши. Черноморский флот был блокирован, подвоз продовольствия и боеприпасов прекратился. Укрепления Черноморской береговой линии ожидала печальная учесть.

В 1854 году почти все укрепления и форты были разрушены, гарнизоны сняты.

( Использованы фондовые материалы музея;

Литература: В.А. Золотарев, И.А. Козлов «Российский военный флот на Черном море и в Восточном Средисемноморье», М. 1988г.

Адмирал Лазарь Маркович Серебряков, Ереван, 1973г.

Черкесия в 19 в. Майкоп,1991г.

Архивные материалы историка Геленджикского историко- краеведческого музея М.Г. Минеева)

Н. Соловьева, заместитель директора музея

Предыдущая запись
Декабристы на Северном Кавказе.

Восстание 14 декабря 1825 года на Сенатской площади – кульминационное событие и итог движения декабристов, важное звено в революционном процессе...

Подробнее
Следующая запись
Военные экспедиции с Кубани к Геленджику (1834-1837 гг.)

Освоение Россией земель Северного Кавказа сопровождалось затянувшейся Кавказской войной. Так, несмотря на мирный Адрианопольский договор с Турцией в 1829 году,...

Подробнее
Министерство культуры Российской Федерации
Министерство культуры Краснодарского края
Справочник учреждений культуры Краснодарского края
Золотое кольцо Боспорского царства
Ожившие рисунки
Внутри человека
Япония
Год театра в России